September 19th, 2014

Байка на ночь.

Предкам в чем-то было существенно попроще.
Вот например, лихорадка.
"Лихорадкой" называли в различных местностях не только собственно лихорадку-малярию, но и любое резкое повышение температуры с ознобом и дрожью при любой инфекции, и те же самые озноб и дрожь при травмах, без повышения температуры тела. Или послеродовой озноб.
Трясет и знобит- значит, лихорадка, фигли тут думать.
Тем более, что градусники в широком употреблении вещь сравнительно новая и вообще признак общего благополучия. И жар, повышение температуры, могли присоединиться на любом этапе заболевания, кто их считал, те инфекции.
Называли их в разных местностях по-разному: лихорадка, лихоманка, трясовица, веснуха (как сезонное заболевание), ворогуша, гостья (почти имя самой смерти), кума, тётка, хозяйка, сестрица, то есть различные иносказательные, не называющие болезнь прямо. В некоторых заговорах у лихорадок есть имена собственные: Дрожуха, Говоруха, Бессонниха, Синея, Желтея, Костенея, и так бесконечно далее.
По некоторым апокрифам их семь, по другим двенадцать, сорок или семьдесят семь. Подозреваю, что "сорок", как и "семьдесят семь"- это такой способ обозначить "дофигища!".
Происхождения они иногда царского (дочери царя Ирода, дочери потонувшего египетского царя Фараона), иногда попроще- дочери Каина или дочери Сатаны.
Сейчас самое время бегать на речку лихорадки на яйце заговаривать. Варится яйцо вкрутую, нарезается на кусочки, перемешивается с семьюдесятью семью зернами пшена и все это хозяйство сыплется в воду с приговором: "Лихоманки, вас семьдесят семь, нате плату вам всем!". А можно обойтись горстью пшена.